Тот, кто захочет попристальнее присмотреться к экономической борьбе — а хозяйственная жизнь сплошь пронизана схватками за власть, — будет возмущен тем, до какой степени мнения и идеологии определяются своекорыстными интересами. Однако необходимо отличать мнение отдельного хозяйствующего субъекта, которое также имеют свою цену, от групповых идеологий. И важнее всякого возмущения спокойное понимание обусловленности повседневного опыта интересами и размышление о том, каким образом можно вырваться из этого мира иллюзий и предубеждений.

3. Все это я говорю не для того, чтобы выразить пессимистический взгляд на мироустройство.

Просто необходимо зафиксировать факт, значение которого нельзя переоценить. Каким образом возможно научное познание экономической действительности, если над миром властвуют мнения и идеологии, продиктованные определенными интересами? Возможно ли вообще подняться над повседневным хозяйственным опытом?

Или же — по крайней мере в области экономики — интеллект всегда выступает лишь как орудие воли? Может ли национальная экономия быть свободной или ей суждено оставаться в сфере мнений и идеологий, обусловленных чьими-то интересами? Как она может вырваться за эти пределы?

Зсякая истинная эмпирическая наука и научная теория со времен древних греков рассматривали в качестве главной своей задачи движение от обыденных разглагольствований к научной истине.

Разрешима ли эта задача в нашем случае, и как она может быть решена?