Тщетно задаваться вопросом, какой смысл должна иметь столь неисторическая, а потому неверная картина действительности — картина, которую никому еще не удавалось и не может удастся нарисовать. Призыв к созданию подобной теории означает также, что большая антиномия не распознана, а суть подлинно теоретического мышления не понята.

Во времена господства эмпирической национальной экономии цель подлинного теоретического исследования, несмотря на все славословия в адрес теории, понималась неверно и была утрачена способность к теоретическому анализу. Из всего сказанного выше понятно, почему эмпиризму любого, хотя бы даже и статистического, толка не удавалось до сих пор и не может удастся постичь конкретную действительность, понять ее во всех взаимосвязях. Слепота в отношении всеобщих экономических зависимостей, элементом которых является фактически любой хозяйственный процесс, характерна для всех приверженцев эмпиризма в прошлом и настоящем.

В этом смысле его распространение всегда означало и означает шаг назад в сравнении с классической национальной экономией. Эмпирист не способен выйти за пределы непроанализированных фактов; его видение и мышление носят фрагментный характер и являются "нереалистическими" вследствие непонимания смысловых взаимосвязей в экономике.

Поскольку он не может дать надежных ответов на возникающие вопросы, он обречен искать объяснения на уровне обыденного опыта.