Как говорит Шопенгауэр, "наша выгода, какого бы рода она ни была, имеет таинственную власть над нашими суждениями; все, что нам на пользу, сразу же представляется нам правильным, справедливым, разумным; все, что нашей выгоде противоречит, мы столь же искренне считаем несправедливым и отталкивающим, бессмысленным и абсурдным.

Так ежедневно наши пристрастия искушают и обманывают наш интеллект". В отношении окружающего их хозяйственного мирка многие люди — подлинные знатоки. Но им не под силу беспристрастно судить о более масштабных взаимосвязях, в которые они вовлечены.

Каждый, включая руководителя крупного современного концерна, смотрит на вещи с позиции своих интересов и при этом в состоянии охватить мысленным взором лишь малую толику колоссальной совокупности взаимосвязей общественного хозяйства.

Наряду с разрозненными мнениями индивидов на повседневную хозяйственную практику и экономическую политику воздействуют идеологии устойчивых групп.

Они возникают повсюду, где складываются структуры хозяйственной власти, и являются — в гораздо большей мере, нежели разнообразные индивидуальные мнения, — планомерно создаваемым орудием в экономической борьбе.

Не все такие идеологии имеют чисто экономический характер.