Это и есть египетский идол — чудище, ворочающееся на пурпурном покрывале". Тэн продолжает дальше: "Нет надобности ехать в Египет и переноситься в древние времена— Что касается меня, то я захотел увидеть событие, не столь от нас отдаленное. Я погрузился во вторую половину прошлого столетия и прожил там 12 лет.

Как и Климент Александрийский, я в непосредственной близости наблюдал сначала храм, а потом и самого бога". Так же и мы, экономисты, должны приподнять занавес, которым идеологии, отражающие интересы различных групп, прикрыли концентрацию экономической власти и борьбу за экономическую власть. Мы также должны рассмотреть их в непосредственной близости, и то, что мы там увидим, часто соответствует тому, что заметил за занавесом Климент Александрийский.

Национальная экономия — трезвая и беспристрастная наука.

Точнее она должна быть таковой. Итак, мы ставим вопрос: каким образом мы можем познать феномен экономической власти?

Для этого необходимы две вещи.