Увы, не за горами был тот день, когда «неминуемое»—как называл его сам Тауссиг — влияние возраста начало отбрасывать тень на его деятельность.

Начиная с 1932 года у него не вышло ни одной значимой работы. На занятиях со студентами он попрежнему был вне конкуренции, но постепенно Тауссиг начинал замечать, что теряет хватку.

Для человека его склада характера, жизнью которого была работа, это, должно быть, был серьезный удар. Но он без колебаний покинул пост заведующего кафедрой в 1935 году, а затем свое редакторское кресло в журнале в 1936м.

Впоследствии он писал о своей отставке: «Мои коллеги и друзья сказали, что сожалеют о моем решении, и их добрые слова дали мне надежду, что я успешно исполнил свое давнее намерение—уйти в отставку, пока люди еще могут хоть с какой-то искренностью сказать „какая жалость", не дожидаясь момента, когда они с той же искренностью смогут сказать „давно пора"».