Решение не менять структуру было мудрым. Вклад Тауссига в экономическую теорию занимает историческое место в нашей науке. Это место он никогда не покинет.

Было бы неправильно сглаживать яркие черты его теории невнятным эклектизмом.

Эти черты особенно впечатляют нас своей яркостью, если посмотреть на них в свете эволюции американской экономической науки.

Вначале в Соединенных Штатах были мастера практической мудрости—Гамильтон и остальные, но, что вполне естественно в ситуации, когда у людей было полно других дел, кроме философии, национальная экономическая мысль особо не процветала.

Экономисты делились на приверженцев протекционизма и Адама Смита, вроде Дэниела Реймонда, и оригинальных, но слабо дисциплинированных мыслителей вроде Генри Кэри. Примерно после окончания гражданской войны американская экономическая мысль начала прогрессировать, вначале медленно, а затем все быстрее.

Тауссиг необыкновенно много сделал для этого прогресса. Но в годы своего становления Тауссигу, как и всем экономистам, всерьез интересовавшимся теорией, вначале пришлось усвоить уроки англичан в той форме, которую придал им Милль.

Как и Маршалл, базовые элементы теории Тауссиг взял у Милля.