«Трактат» ни с какой точки зрения нельзя было назвать провалом в обычном смысле слова.

Все признали его справедливость и отдали должное усилиям Кейнса. Даже самые злые критики—профессор Хансен, раскритиковавший основные уравнения, или профессор фон Хайек, разнесший базовую теоретическую структуру Кейнсовой теории,— разбавили свои замечания заслуженной похвалой. Но, с точки зрения самого Кейнса, книга была провалом, и не только потому, что не была принята достаточно тепло.

Ее заряд не попал в цель—она не оставила заметного следа в обществе. Нетрудно понять, почему: Кейнс не смог передать читателю суть своей идеи.

Он писал научный трактат и, стремясь к полноте системы, перегрузил текст материалом о ценовых индексах, modus operandi банковских ставок, о создании депозитов, золотом запасе и многом другом. Вся эта информация, хотя и полезная, была созвучна основной экономической доктрине и поэтому для целей Кейнса не была достаточно показательной. Он погряз в понятийном аппарате, который бастовал каждый раз, как Кейнс пытался заставить его произвести на свет нужные ему понятия.

Пытаться исправить отдельные части трактата было бесполезно. Бесполезно было и отбиваться от критики, справедливость которой Кейнс был вынужден признать.

Не оставалось ничего другого, кроме как отказаться от работы целиком, отречься от нее и начать все сначала.